Шеварднадзе: Я не представляю будущее Абхазии и Южной Осетии без Грузии

14.01.2013
Радио "Эхо Москвы" продолжает "неделю Грузии". Слушателям и читателям сайта "Эхо Москвы" уже были предложены интервью с Католикосом-Патриархом всея Грузии Илией Вторым, президентом Грузии Михаилом Саакашвили, главой МВД Вано Мерабишвили, замглавы МВД Экой Згуладзе, главой МИД Грузии Григолом Вашадзе, известным грузинским певцом и актером Вахтангом Кикабидзе. Предлагаем интервью главного редактора "Эхо Москвы" Алексея Венедиктова с экс-президентом Грузии Эдуардом Шеварднадзе.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Эдуард Амвросиевич, что теперь делать России и Грузии после войны?

Э. ШЕВАРДНАДЗЕ: Когда мне задают такой вопрос наши местные журналисты, я говорю, что любой ценой мы должны найти общий язык, жить вместе как друзья, как добрые соседи. Россия – великая страна, великое государство, сильное. Один раз уже испытали боеспособность российских войск (неразборчиво). И россияне тоже считали возможным покинуть территорию. А на самом деле оккупировали почти всю Грузию. Я говорил всем нашим друзьям, что мы с Россией должны жить в дружбе, братстве, это реальная перспектива. Когда у нас были разногласия, это очень дорого обошлось Грузии. И Россия тоже пострадала. Вся территория была оккупирована. Сейчас что? Сейчас есть два региона оккупированные – Абхазия и Южная Осетия. Но всё же я настроен оптимистически – рано или поздно абхазский вопрос, так же как и осетинский, решится, решится с помощью самой России.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Эдуард Амвросиевич, вопрос же не только в Абхазии и Осетии. Например, наши президенты, они не встречаются. Кто с кем будет разговаривать-то? Кому разговаривать, если президент России говорит: "Я не буду встречаться с президентом Грузии"?

Э. ШЕВАРДНАДЗЕ: Знаете, эти политические взгляды будут меняться. Я уверен, что Медведев больше не скажет, что "я не буду разговаривать с Саакашвили". А Саакашвили стремится установить отношения с российским руководством.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Мы с вами знаем, что так называемый абхазский вопрос, он начался еще до вас. Война ведь началась не в восьмом году, и даже не в 93-м году. Вы недавно – я читал в российской прессе – предложили какой-то план или свое видение решения вопроса этих двух территорий – Абхазия и Южная Осетия. Как вы видите их будущее без войны?

Э. ШЕВАРДНАДЗЕ: Я не представляю будущее Абхазии и Южной Осетии без Грузии. Не важно, будет автономия или какое-то формирование, но они будут в составе Грузии.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Как это сделать?

Э. ШЕВАРДНАДЗЕ: Братские народы, очень много общего. Без России не подружиться, без помощи России такие вещи не решаются.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Знаете, что еще волнует, Эдуард Амвросиевич? Судьба беженцев. Сотни тысяч людей, которые и сейчас, после этой войны, и в предыдущие войны покинули. Мне это, честно говоря, напоминает Палестину. А вам не напоминает? Я спрашиваю вас как бывшего министра иностранных дел СССР.

Э. ШЕВАРДНАДЗЕ: Сомнения, я думаю, оправданы. Но сейчас мы не о Палестине говорим. Мы говорим об Абхазии и Южной Осетии. Рано или поздно эти регионы вернутся в состав Грузии, в виде автономии или в какой-то иной форме они будут в составе Грузии, я уверен.

А. ВЕНЕДИКТОВ: А что делать с признанием России их суверенитета?

Э. ШЕВАРДНАДЗЕ: Россия, как и любое другое государство, сегодня скажет одно, сегодня принимает одно решение, а завтра это решение меняется.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Правильно ли я понимаю, что вы скорее оптимист, несмотря на то, что сейчас происходит?

Э. ШЕВАРДНАДЗЕ: Оптимист. Всегда был оптимистом. Никогда мои прогнозы не подводили меня, даже когда я шесть лет работал министром иностранных дел Советского Союза. Тогда еще я думал, что такая империя, как Советский Союз, долго не просуществует. Я полагал, что через 8-10 лет империя развалится. В сроках ошибся – через четыре года... Знаете, грузины и абхазы – это братские народы, родственные. И мы все, если бы не вмешательство России, до сих пор так же повязаны, как и раньше. Не помню, какой император России принял решение об изгнании курдских народов.Абхазы считаются курдским народом. Но не только абхазов – чеченцев, дагестанцев, всех выселили. Некоторые потом вернулись, другие учили язык и сейчас живут нормально там и страдают.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Все-таки признание независимости Абхазии и Осетии – это мудрый шаг со стороны России?

Э. ШЕВАРДНАДЗЕ: Я считаю, что это крупнейшая ошибка России. Если можно признать маленький регион Абхазию государством или Осетию, еще меньше по объему, по количеству населения... Чем провинились чеченцы, дагестанцы? В Дагестане три миллиона население, он имеет выход на море. Весь Северный Кавказ отрезан от населения России, от своего государства. Конечно, так не может быть. Рано или поздно россияне поймут, что нам всем вместе надо жить. Вместе, под одним небом, на одной земле.

А. ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо.